Молоко памяти

Молоко памяти

Инесса ГанкинаИнесса Ганкина о себе:

Родилась и живу в Минске, преподавала в гимназии историю культуры, обществоведение, психологию,  историю религии и риторику, по образованию психолог и культуролог.

Люблю фотографировать и путешествовать, цветы и музеи, людей и природу. Одним словом, могу охарактеризовать свое отношение к жизни как философско-эстетическое.

Стихи пишу с подросткового возраста, но более-менее серьезные тексты стали появляться лет в двадцать пять.

Попыток печататься в годы застоя не делала в силу их заведомой обреченности.

Автор двух поэтических сборников (коллективный сборник «Стихи» (Галина Андрейченко, Инесса Ганкина, Григорий Марговский, Минск: Скарына, 1993;   Инесса Ганкина «У века на закорках», Рига: ОДО «Лайма», 2005), многочисленных публикаций в журналах Республики Беларусь («Немига литературная», «Мишпоха»), а также русскоязычных журналах США («Побережье», Альманах поэзии).

Член Союза белорусских писателей с 2007 года.



* * *

Маленький джем, за столиками
почти пристойно.
Капли пота на лысине,
маэстро, брависсимо!
Девочка теребит волосы,
кто-то мурлычет вполголоса.
Музыкант образует знак вопроса,
вместе с саксофоном
уплывает лет восемьдесят,
в Минске нью-йоркская осень.
Как уплотнился мир
до пятачка, на котором
столпились Петербург и Париж.
Осторожно, сгоришь!
Между зрителем и актером
расстояние сигаретного дыма.
Не пролетайте мимо
музыки, затертой до дыр,
полной столетней печали,
не пожимайте плечами.
А впрочем, спокойной ночи,
пустеют столики.
И последняя нота
провожает до поворота,
а потом сворачивается у входа
бездомной собакой. «Ты чья?» –
спрашивает прохожий участливо.
Музыкант спит в отеле
а они все ждут хозяина –
последние ноты каплями пота
стекают по лысине у века.
Утро сметет все –
осторожно, крошки!
Дождя неизменна тема,
на лице человека тень
от надежд и сомнений.
Музыка выступает как
сыпь на коже.


* * *

Челюсть вывихнута
от удара времени,
кладбище беременно
вечностью, камни
теряют буквы, форма
становится корнем зуба,
больного беспамятством. Боже,
трава помнит больше
чем люди. Гвоздь заржавел,
а шляпа все падает
в яму. “Ребе,
как там на небе ?”
Камни врастают
в землю как дерево.
Здесь не читают
справа налево.
Горше полыни
молоко памяти.
“Козленок, где твоя мать?”


* * *

Круги на воде,
селезень из Свислочи родом,
крылья свои топорщит гордо.
Рыжие сапоги, яркий клюв –
городской щеголь.
Баржа-кафешка
не претендует на большее,
чем укрыть от солнца,
переходящего в дождь.
Розы цвета Кока-Колы,
плоское средневековье
предлагает вписать голову,
спрятав шорты за латы.
Моя глупо счастливая голова,
останется на память городу,
где родился селезень…
Круги на воде,
беспечный бубен –
цыганский дождь.


РАДУГА

1

Радуга, утки садятся на воду,
косые лучи, замки из облаков.
Подростки кузнечиками
выпрыгивают из асфальта.
Мне не родня ни утки, ни скейты.
Небо пахнет акварелью,
как детство молоком.

2

Радость радуги через небо – дуга цвета.
Белый являет свою сущность,
Любовь разлагается на атомы,
все краски хороши, кроме…
Черный зонт плывет сквозь радугу,
здравствуй, завтра, где мы еще не были.
Радужная лужа окружена лягушками,
дня последняя капля высыхает сама,
окна вытерты насухо,
вечер все приведет к серому тону.
«Р» перекатывается в горле радостью,
картавит речью,
реальность реки растворяется в вечере,
переходящем в рассвет.

Один отклик в “Молоко памяти”

  1. 18. Мар, 2016 в 9:16 дп #

    Оставила на дисплее раскрытую страницу со стихами — и не могу расстаться с ними, закрыть эту страницу интернета. Каждый день перечитываю строки необычной красоты и волшебного вкуса, запаха — они не оставляют равнодушными все 5 (или 7) чувств, доступных человеку. С новым прочтением нахожу новые оттенки в неожиданных сравнениях, для меня лично более красивых, чем переливания граней в драгоценных камнях. Знаю, что некоторые стихи положены на музыку (я в звучании песни не уловила всю прелесть строк) Согласна с тем, что стихи Инессы вдохновляют художников и музыкантов — я ощущаю красоту мира, человека, вселенной (притупленное повседневной жизнью). Cпасибо!!!

Оставить ответ