Свет не значит «светло»

Свет не значит «светло»

Настя Запоева



Настя Запоева
(настоящее имя Наташа Криворотова) родилась в городе Абакан в 1976 году. Училась в Tомском университете, не окончила. В настоящее время живёт в США, в Калифорнии, город Ирвин (Irvine). Печаталась в цифрoвом издании «TextOnly», журнале «Артикль», журнале «Объедки», «Крещатик». Автор книги «Почти красиво» (2016 г.).

 




*  *  *

                                         Ольге Нечаевой

за ложку чайную
за непечатную
давай по последнему слову

Ирма Гендернис

за непочатую за ложку чайную
идут кораблики заходят с тыла
войной на вишенку мою случайную
она трамвайною вчера без мыла

каталась с петелькой в пальто заношенном
на табуретке светлело слева
гостём непрошеным бревном подбрoшенным
в глаза бесслёзные зачем ты пела

по стрекозиному маршруту праздному
когда кораблики не ждут везенья
и сердце тикает всегда по-разному
а здесь вишнёвоe горчит варенье

ну за победу, да? – поднимем блюдечко
присядем с кошкою смотреть на ближнего
гостём непрошеным подышим в форточку
когда захочется варенья с вишнею…


*  *  *

девочка по кличке Щеколда
я зачем-то вспомнила сегодня
как зачем-то вспомнила вчера
про тебя но стих не вышел вот я

пробую сегодня дописать
что твоё лицо уже из страха
вычленило ужас доживать
дело не в лице но есть расплата

за пустые хуже воровства
страшные попытки приближаться
к ужасу который для тебя
раньше страха начинал сбываться

чтоб в тебе себя не узнавать
я букварь у бабушки украла
но зачем тебе писать-читать
я уже тогда не понимала

вот и всё что я могу сказать
всех бичей не вспомнишь поимённо
есть у них особенная стать
им уже почти почти не больно.


*  *  *

…зимы ржаные утюги…

Вадим Балабан

хлебосоль огонь не вечен
но и он не прогорит
сверху вран жуёт беспечен
что внизу наверх глядит

хлебосольными глазами
ворон ворона не тронь
здесь ржаными утюгами
снег идёт горит огонь

догорает снег не тает
человеко-рана-где
ворон ждёт не улетает
руки греет крылья не

пригодятся в спором деле
доеданья мужика
белый снег на чёрном теле
две руки как два крыла.


*  *  *


                                                                                       А.Б.

твоё полено да о двенадцати струнах ересью харкало-каркало
«душе грешно без тела»  бес тела ты прочитал остался при своём
когда мы вдвоём третий за всех если Дух
вот здесь ты опять стал харкать говорил прямолинейно
иносказательно мне не страшно плясать в грязи
как воспоминание о временных берегах снега
будущего нет потому что это дом
в котором нас не ждут даже мы в будущем
но как-то грязно кому же верить если мне верят
я верю ты веришь мы верим где тот кого я боюсь
и так далее схема не выдерживает она сука нагуляла
а не уходит кружит на трёх лапах измерения
не поддаётся нет не описанию описанию не поддаётся ничего
это ты понял чувствовать нечем после понимания с большой буквы
и незачем различия между величиной буквы
начинают плакать твоими слезами
в чужом дому
ибо своего
нет


*  *  *

наделали гвоздей из пацанов
и крепче оказалось только мясо
форель разбила параллельный кров
и дожила до Яблочного Спаса

снимай плоды для брата и врага
пойми овраг холодная кроватка
смех без причины выдаст дурака
и падалица сделается сладка

а пацаны в подмётках оживут
и в каблуках воскресшего поэта
здесь вам не там как говорится тут
здесь темнота лишь вечный символ света

здесь темнота  лишь опустевший кров
обратная проталина испода
и крепче только мясо пацанов
простых парней со сложного завода…


*  *  *

А земля поносила и скинула…

Леонид Иоффе

И каждый на треть – патрон…

Александр Башлачёв

А земля поносила и скинула
Стала ранить на то и зима
Мать из шкафа всё зимнее вынула
Под шкафом «за рулём» без руля

Это тесное поле грамматики
Непонятной фигнёй замело
Под кроватью воруют солдатики
Свет который не значит «светло»

Хочешь прыгнуть но некуда спрятаться
Под шкафом «за рулём» без руля
Подрастаем солдатики пятятся
Уплывает под нами земля

Мы на шаткой фанере поранились
Когда стали вращаться уметь
Это смерти последняя перепись
И последний солдатик на треть

Подскользается пятится прячется
Возвращается вниз головой
И слеза оловянная катится
Потому что тепло под землёй.


*   *   *

синюшной туфты говорители
в туфтовой турецкой джинсне
откроешь глаза в вытрезвителе
но мент улыбнулся не мне

закроешь глаза чтобы выспаться
но снова приснишься менту
меня научили не рыпаться
прививка такая манту

несвежие вишни трамвайные
компот овощное рагу
порочные связи случайные
а прочные только в аду.


*   *   *

благодать ли насилие насилие ли благодать
нефиг бодать дилеммами я из Казахстана почти
у нас там узбеки полы подметали тоже калым
а мы калымы пропивали выходили по любви
потом блядовали тоже гарем подмоешься в тазике
и ты уже кормящая мать Казахстана
неродящий пустырь за домом
указывал на близость вселенной
ну знаешь ты такой маленький-умный
заходишь в заросли полыни
и вспоминаешь как мыли кошку от блох
Вот тоже дилеммка глух ли Бог
– не глух не оглох ни прочие рифмы
недостаточны


*  *  *

не пей из баночки
козлёночком станешь
дак стаканов-то у нас
отродясь
не бывало

бывало
всякое

в пояснице жмёт крыло
с царского плеча
вставные зубы
и шубка заячья

натирает

нечем похвастаться

голем из Гомеля
предлагал сердце и руку
всё равно говорил сяду

но без особой надежды

ангелы пользовались травой
как мебелью
но теперь
похолодало

то есть
в дом
внесли зеркало
как сказано не мной

«но жить не стали»

«я не люблю литературу
где нет зеркала в комнате»
сказал мне Лёша Савин про Камю

«просто он его убрал»
сказала я Лёше

пили из ворованных
стаканов

из окна было видно зону
где тогда делали кирпичи

и зэки загорали на крышах


*  *  *

В зыбкой точке не сошлись
Две задачки про отмщенье
Мечет яйца вечный глист
В коробке до сотворенья

В этом лучшем из миров
Двух задачек в зыбкой точке
Любят ангелы кентов
И отмаливают почки

Им отбитые в бою
За потерю совершенства
В этом мире как в строю
Локтем чувствуешь блаженство.


*  *  *

станешь тёплой как наган
как авоська под вино
в чёрствой худости своей
одуванчиков нарвёшь

пусть хоть кто-то поживёт
в моей комнате пустой
таракан и одуван
прозимуем как-нибудь

в чёрствой скудости моей
есть колбаска и лучок
таракан и одуван
и окурки как лучи…


*  *  *

человек с глазами алкоголика
отбивает в кассе шоколад
«чем ты интересней для историка»
тем теснее косточки лежат

я на мир взираю из-под валенка
у меня совсем недетский рост
и моё надгробие проталинка
и моя тропинка как погост

девушка на кассе улыбается
или хмурит брови всё равно
голубой вагон бежит качается
мир разводит дух в реале но

человек с глазами алкоголика
я в тебе себя не узнаю
у тебя нарушена моторика
звёзды вы как пирсинг на хую

мировую колыбель качаете
вам не больно – страшно в темноте
нам не страшно – больно понимаете
брода нет в огне а мы в огне

девушка на кассе улыбается
человеку надо закусить
человек идёт домой качается
и детишек нечем угостить.

Еще нет комментариев.

Оставить ответ