Танго охотника

Танго охотника

Портрет с будильником. Фотограф Адрей Рогач


Таня Скарынкина родилась в городе Сморгонь Гродненской области. Публиковалась в республиканских газетах «Зорька» (первая публикация в средней школе), «Народная воля», белорусских журналах «Першацвет», «Маладосць», «Немига Литературная». Печаталась в бумажных изданиях «Воздух» (Москва), «Крещатик» (Германия), «Лава» (Украина), «Аналогон» (Чехия) . Выпустила стихотворные сборники «Книга для чтения вне помещений и в помещениях» (2013, Минск «Кнігазбор»), “Португальские трехстишия” (2014, Нью-Йорк «Айлурос»).

 

МЫ НЕЛОВКО ПЫТАЕМСЯ ВЫЖИТЬ

Мы неловко пытаемся выжить
с помощью книжек или кино
глянуть со стороны это просто смешно
и очень редко красиво

как было к примеру недавно в английском фильме
где главный герой сестре говорит своей родной
с тоской на какую был только способен:
— Мои руки не запятнаны любовью -
и глаза его наполнились слезами страдания

- Как подумаю -
перед этим сказала она
— где побывали твои руки
в горло не лезет завтрак
приготовленный тобой
после того как узнала что ты «голубой»..

.в ответ он глянул ей прямо в лицо
с горечью и со всей своей добротой
на какую был только способен:
— Вот мои руки -
он расправил тяжелыми лапами
ирландского кондуктора
складки на скатерти

- Вот руки мои взгляни
и они
за семьдесят лет моей жизни
незапятнанны никакой любовью
и они
никогда не знали объятий
так что ешь спокойно не бойся
приятного аппетита.


ОНА РЕВНУЕТ

Незнакомка
приблизилась сзади неслышно
гепардихой
сбежавшей из зоопарка
шляпа лицо и даже пальто в пятна
ТРАГЕДИЯ! ТРАГЕДИЯ!
кричало ее лицо широкополая шляпа приталенное пальто
— Я тебя на клочки разорву
и разнесу по заулочкам куски окровавленные мяса твоего
и никто не узнает ничего
ВЕНДЕТТА! ВЕНДЕТТА!

.вот каким было дикое ее молодое лицо

но вслух она спросила сдержанно
как диктор
как джентльмен джентльмена
как достойный муж достойного мужа

- Откуда вы знаете моего мужа?

было понятно что шутки здесь неуместны
разорвет ведь действительно на куски окровавленного мяса
и унесет за пределы города

а не ответишь — и вовсе не поздоровится

а мы ведь с мужем (всего и делов) поздоровалась
— Здрасстье..
на ее месте
редкая птица летела бы вслед тебе – мнимой сопернице
уязвленная в самое сердце ядовитыми стрелами ревности

а мы с этим чертовым мужем (всего и делов)
ехали в поезде тысячу лет в поднебесье
и ничего не случилось после
кроме вспышки ревности
на миг осветившей вместе
три наши разные жизни.


МЕНЯ НИКТО НЕ ОСТАНОВИЛ

Короче
сидим с Мариной едим клубнику
и я вспоминаю как я однажды заблудилась в Варшаве
вахтерша или как там ее не впускает
— Кто ты?
объясняю
— Мне нужно я приехала в гости

.в квартире где должен жить по идее
мой польский дядя
незнакомая старуха в цветастом платке
— Кто ты?
заблудилась короче
вот я и говорю Марине
— Понимаешь
двери были везде нараспашку
а если бы я преступник
взяла бы и грохнула
эту рухлядь столетнюю
в доисторическом парике
фикусом в горшке
мне ничего бы за это не было
ну допустим нашлись бы свидетели
там бродили какие-то китайцы
составили бы фоторобот
я постриглась бы наголо
очки поменяю на линзы
— Ты чего? – остановила Марина — куда тебя занесло?
— Не знаю я фантазирую -
— Успокойся — попросила Марина
и принесла клубники еще
для сердца сказала полезно.


ТАНЯ ПРИШЛА

Вот и Таня пришла
лапки шмелей вперемешку с ресницами
кудряшки подкрашены хной
как обычно довольна собой
и радостное объявила:
— Ты знаешь
а я ведь необыкновенно счастливая
в общем-то как всегда
и боюсь что от радости снова сойду с ума
со мною такое бывает
часто

.я тонко чувствую
выраженье с которым глядят на меня
санитарки медсестры врачи городской больницы
где я поливаю цветы
где мою полы в кабинетах просторных и белых

я понимаю
что мне не хватает любви
я всем вокруг говорю
что мне не хватает любви
но за нее бороться не стану
я очень устала
понимаете вы
санитарки медсестры врачи
мне живется прекрасно рядом с папой и мамой

.они
дряхлые дети мои
пропахшие табаком
лекарствами и едой
и дикой больничной травой.


РУКА ЕГО ПЛЯСАЛА

Рука его плясала
отдельное от языка говорящего танго охотника ленивой зари
окраинной стороны
рука его плясала угольком папиросы в такт рассказу
ноги босые
не сбился ни разу
он три миллиона писем послал одному человеку
мартовские письма несколько отличались от писем октября
летом он грустно обрисовывал пегий океан
улицы задних плачевных тигров и первых победивших друг друга животных
без примененья оружья
молчаливую работу
для непопулярной страны
иные вполсилы
а иные и трети себя не растратили
и много отдыха между сменами много бутылок  вина
а иные фабричные отдавали свое предпочтение водке
отбивали чечетку свободного времени
стержнем бычьего хвоста
рука его плясала
под комнатных дверей разноголосицу

из-под сырого нежного подхода к жизни
выбивалась приязни полоса.


ТРИ СНОВИДЕНИЯ ОДНОЙ НОЧИ

1

Только потянулась за бокалом
что на праздничном столе стоял отдельно
неожиданно двоюродная Лена
в платье с розою искусственной у сердца
вырвала напиток — отвернулась
я сказала — сука сволочь
и проснулась

2

самовары закипают звон посуды
из лимона сок для чая свежевыжат
никогда при нашей прежней жизни
мы его отдельно не хранили
и в огромной кухне парикмахерша
вдруг с огромным животом ко мне подходит
я в пустой стакан ей наливаю
долго-долго содержимое кувшина

3

они пришли в темноте
остановили пулю пистолета
распоясались
жемчужины разбросали

и столько лет столько лет
живут намеренно
будто бы случайно.


ПРИЧИТАНИЕ  МОРСКОГО КАПИТАНА

Виснем

канев

гронски

монт.
(Пиратская считалка)

1

Жестикулирует моряк
атласным рукавом
над ним воздвиглась немота
растянутого порта
вспорхнул и нет его уже
дробились дали в чертеже
когда усатый капитан
вниз бородой раздвинул соль
под скатертью широт

2

вот он — слетает шапка
голос командует — пли!
лучше холодной водки
только святые огни
корабельные низкие своды
бородатые учителя
сбитое млеко свободы
лунная вода

3

в краткие жмурки играют матросы
сумерки полосой
в их отношеньях гудят отголоски
долгих ночей монотонных любовниц
горьких морских кутежей
лампы сигнальные перегорают
командир в якорях поет
про походы и мели
про потные ткани повседневных пиратских рубах
голос его каменеет:
— Пропиваю последний медяк!

4

и сколько было слуг
все ахали и плакали
жалели капитана
великие скандалы
его не миновали
ожесточили планами
характер исковеркали
пустили сиротою
в четыре стороны
но соляной крупинкой
вдруг сделался ребенком
бездонной пустоты

.он что-то буркнул в бурку бороды
лезвием пиратского месяца
плохо выбрился
и смылся.


КРАТКИЙ ДНЕВНИК РАЗМЫШЛЕНИЙ О ЛАСТОЧКЕ

21.05
Здравствуйте
в доме у нас поселилась ласточка
и я стала записывать разнообразные мысли.

22.05
Двадцать первого после шестнадцати
принесли молодую ласточку
она гораздо уродливей чем предугадывали
назвали Мизгирь
силой поили водой
он же нуждался в мухах
родителях-учителях.

23.05
Ласточку кормить никогда не рано.

24.05
В ласточке ни капли романтического
грязный хвост
огромный рот
надеюсь на следующем свете
мы не встретимся.

24.05
Принесли на кухню ласточку
стала ласточка летать
а мы с ней по-человечьи разговаривать
яйцо давать при помощи
пинцета.

26.05
Ласточку легче найти чем купить.

27.05
Оказывается темный платок брошенный на клетку
действует безотказно и на ласточку
она умолкает.

28.05
Никогда не бывает милым
а лишь сердитым
норовит поссориться.

29.05
Не жаль 10-ти минут перед выходом
чтобы сварить яйцо для птенца.

30.05
Балкон превратился в курятник
и это приятно.

31.05
Ласточка невыносима
только и думает
что оставляет следы.

1.06
Ничего интересного в ласточке нет
чирикает-спит.

2.06
Мы обрекли ее на душную неволю
сконцентрировав на ней свое одиночество.

3.06
Нам она
лучше всех нужна
эта ластовочка.

4.06
Впервые птенец на открытом балконе
а до этого две недели
беспокойно свистел на закрытом
двигая голым горлом
где старые кактусы молча покачивали
мексиканскими головами.

5.06
Разбудили две необходимые заботы
человеческий завтрак и ласточка.

6.06
Над плоскими крышами
зеленый самолет
чередованье за окнами
незнакомых ласточек.

7.06
Ей все равно какою быть
ей нечего скрывать.

8.06
Руки вымыла после птенца
или перед птенцом?

9.06
Три недели мы вместе растили
птичьи нательные перья
крошили яйца творог дешевую рыбу
рыбу-то он не очень
но если четыре часа подряд не кормить
глотал не жуя хоть и злился лицом.

10.06
Хотели метку
яркую нитку
на цепкую лапку
и забыли волнуясь когда выпускали
отныне любая пролетная ласточка
будет милый веселый Мизгирь
каждое чириканье снаружи
привет Мизгиря.

10.06
Сегодня обедали молча.

11.06
Теперь предстоит большая работа
отмывать загаженную доверху невольницу
и забывать пернатого квартиранта.

12.06
Ласточка так недолго
была угомонным птенцом.

13.06
Останься странной ласточкой
покидая пределы дома
лети без оглядки прочь
от излюбленного балкона.

14.07
Мальчики в грязных футбольных гетрах на пустыре
низкие ласточки над пустырем
мне кажется наша летает за самым быстрым из мальчиков.


ГАНГСТЕРСКОЕ РОМАНСЕРО

1

Можно и в гангстерские времена
прожить как ни в чем не бывало

заигрывать с гангстерами
питаться из рук гангстеров
танцевать под гангстерские песни
гангстерские танцы

2

я помню чувство безысходности
когда выходишь из машины после ресторана
домашние щетинятся в рассвет
наперебой высказывают правду о тебе

а ты стоишь не понимаешь
спина прямая-прямая
оглядываешься вокруг в поисках сопереживания
и не находишь его

3

к обеду над тарелкой застывая
и взгляды тетушек порхали сверху вниз
едва касаясь края ложки
понапрасну
напоминали о себе коллекции значков и марок
фотографии артистов

с востока в два часа являлся первый жених
неся на блюде вьюжном бакенбарды ветра
второй подставлял сосульки-усы для поцелуя в три часа
и ледяная гладь стола из-под еды была едва видна
до тех пора пока старшая тетка-надзирательница за холодными закусками
не позволит нарушить плотный натюрморт стола
что будет означать что снова
ты слушаешься дудочки семейного мотива

.за окнами ревет машина уезжая
и увозя дурацкую твою
дурацкую любовь
к двоюродному брату гангстера.


СЕМЬ ЗАВОДСКИХ ПОЛУСТЕРТЫХ МОМЕНТОВ

1

Когда я начинаю свой омлет
я вспоминаю о тебе
завод

2

тогда подростки вечно боевые
и нам принадлежали многие гектары заводские
пружинили из цеха в цех
на несгибаемых брусках

3

с пожилыми  служащими добрели
на рабочих местах подолгу не находились
вообще
по правде говоря
годами ничего не производили
общественно-полезного

4

сбегали нарочно в рабочей столовой
обедать тайком от начальства
минуя буфет для ИТР
ловить неприличные взоры украдкой
обычных мужских заводчан
ни столовых ножей
ни салфеток
но острые до полуобморока ощущения
бесплатной охоты в Африке
ты будто бы антилопа
и будто бы ты пропадаешь

5

солдаты из части под окнами шли каждый день
большею частью
киргизы
таджики
узбеки
девочки нашего отдела вывешивались
— Девочки не вывешивайтесь!
но они
продолжали висеть
солдаты
горланили цокали
я убегала в туалет
чтоб не видеть не слышать в 17 лет
а назавтра
все повторялось заново

6

японцам продавали
обрезки золотые
что волосы друг другу
разделяют на пробор
прическами являя
одномыслия узор
шифровальные почтовки
скупали американцы
одно мученье
с этими командировочными
явились
и не подают надежды
и никакой свободы не дают
одно напряженье
два напряженья
222 напряженья
и вот уже подергивает веко
выпрыскивают искры на простор
бедро дрожит
пощелкивает челюсть
из глаз норовит
пересоленный дождь

7

ты высосал мне душу мой завод
и все теперь ты знаешь обо мне
нет у меня новостей
для юности
заводской
моей.


ПРОПАДИ ОНА ПРОПАДОМ
ХОЛОДЯЩАЯ ЖИЛЫ ИСТОРИЯ
О ГРУППЕ СОВЕТСКИХ ЛЫЖНИКОВ
ПОГИБШИХ ТАИНСТВЕННОЙ ГИБЕЛЬЮ
В УРАЛЬСКИХ ГОРАХ
ФЕВРАЛЯ ПЯТЬДЕСЯТ ДЕВЯТОГО ГОДА
И СРЕДИ ДЕВЯТИ ПОКОЙНИКОВ
СТУДЕНТКА ЗИНАИДА КОЛМОГОРОВА
ЧЬЕ ПРОСТОВАТОЕ ЛИЦО
НЕЙДЕТ КОТОРЫЙ ДЕНЬ ИЗ ГОЛОВЫ
                                                                     Памяти Зины Колмогоровой

Лицо Зинаиды встает пред очами и не спешит уходить
встревает в стрижей голубей щеглов белых аистов чаек
остальных небесных артистов
в том числе неодушевленных
аэропланы
самолеты
и вертолеты
перевозящие срочных больных в Лиссабон
задеты ресницами Зины
я думаю Зинаиду вместе с приличными размышлениями
про платья и украшения
с неприличными Зина думается тем более
вытираю немнущимся Зининым лицом
пыль с овального раздвижного стола в гостиной
перемещаю Зинаиду воздушным шариком перед собою на кухню
смешивать с молоком
добавляю муку
яйца взбитые в пену
и выпекаю
выпекаю
один за другим
один за другим
один за другим
луноподобные блины
с лицом Зинаиды посередине.


ВОСЕМЬ

                                                                                        Дядюшкам посвящается

Река не принимает перебежчиков
не останавливается и не меняется
малютка сидит над рекой и внимательно старится
а иные постояльцы головогостиницы
вышли на свет пожилыми:

1

дядя Эдик Большой
(потому что у нас был еще и Маленький Эдик)
Эдик Большой был очень большой прямо огромный
обладал мощным басом
был солистом известного в городе хора Силикатобетонного завода
в особенности удачными партиями Эдика считались
«День победы»
«Малая земля»
«Колодники»
«Мне приснился шум дождя»
и «Лебеди далекого детства»
(сколько ни искала в интернете эту песню так и не нашла)
Эдик умер летом под утро в возрасте Бродского в том же девяносто шестом году
на памятнике Эдика Большого написано большими буквами
ТАКИЕ МИНУТЫ МЫ В СЕРДЦЕ ХРАНИМ
из песни про лебедей
как он и просил во время одной семейной гулянки
во время которой каждый из нас предлагал слова любимой песни
для своей могилки
я к примеру хорошо запомнила что хотела тогда
«Гори-гори моя звезда»

2

дядя Митя
ставший мне другом на склоне лет
а в детстве его я боялась и не любила
он был неизменно мрачен когда трезвый
и только пьяный жалел меня за плохое зрение
плакал
рассказывал щемящую историю о том что «когда я приехал в Сморгонь ты была вот какая..»
и показывал указательными пальцами
расстояние длиной с молочную сосиску

3

дядя Владя
который во время застолий
неизменно включал электрический свет
даже если солнце жарило из огорода
на Пасху такое бывало часто
все кричали
— Владя не трэба!
— Дык цёмна ж — отпирался Владя
и все смеялись его включательному упорству

4

дядя Славик-шахтер
его я почти что не знаю
он красивый но не красивее дяди Мити
однажды я решилась спросить дядю Митю
когда мы курили
во время одного из домашних праздников тайком на балконе
тайком — потому что у него Сердце
а Приличные Дамы (то есть я) не курят
и я задала вопрос давно вертевшийся на языке
— Дядя Митя каково быть красивым как Вы дядя Митя?
он хохотал какое-то время тряся седеющими кудрями
изгибая резные губы
— Никогда я себя не считал таковым!
это звучало правдиво

5

дядя Слава-доцент
во время войны папа и Слава взрывали патроны в буржуйке
папа остался без глаза дядя Слава без руки
дядя Слава многого добился сделался кандидатом наук
я видела дядю Славу в одно бесконечное детское лето
мы ходили в рижский ГУМ покупать ему ремень

6

дядя Геннадий
который вертел меня и крутил и подбрасывал под потолок
под низкую люстру
когда на каникулы меня отвозили к рижской бабушке Рае — папиной маме
я боялась этого ритуала
тем более зная что он неизбежен
к брату все обращались Генка
и только Генкина жена которую за глаза
окрестили Кармен
называла мужа Геннадий

7

и дядя Эдик Маленький
самый старший в родне
но не самый-пресамый старший
самый старший дядей толком не стал
Болеслав
щеголь сапожный мастер
скоро после войны от болезни шеи
умер в декабре
по легенде скорее всего из-за шарфа
что без шарфа в деревню холодом шел с городской танцплощадки
застудился
ему было 18
вечером заснул а утром не просыпается
бабушка в шутку перетянула его полотенцем
— Болюсь! Падымайся!
а у него рука безжизненно откинулась как мостик перекидной

- Ён быў самы разумны самы лепшы за ўсіх самы ладны -
живые и старые сёстры вздыхали

8

у Эдика Маленького
было циничное чувство юмора
как впрочем у всей родни по маминой линии
небесные почти белесые глаза
а как выпьет вовсе прозрачные
он был алкоголик как впрочем остальные дяди и папа в том числе
курил Беломор
болел на сухоты (туберкулез) как Максим Богданович
но прожил в три раза дольше
работал железнодорожником
придумывал кошкам и собакам
которые не переводились у них во дворе веселые имена
мы любили Эдика
коронным номером Эдика Маленького во время родственных збюрок
(zbiórka с польск. «сбор»)
был фокус Втирание Монеты
дети собирались вокруг стола просторной кухни
чтобы тихо-тихо следить как Эдик мучительно долго
втирает монету в предплечье задрав рукав
когда же восторги расспросы и недоуменья
по поводу втертой монеты стихали
Эдик обстоятельно «вытирал» ее на поверхность жилистой руки
и мы разбредались по дому подворку или сходились в другие игры
но однажды мы с мамой ходили до Эдика за поздними яблоками
и когда набрали полные торбы
зашли попрощаться в хату благодарить
пьяный Эдик бубнил ни к кому не обращаясь каб помогли разуться
— Бо не дам рады (потому что не справлюсь — бел.)
я присела на корточки чтоб развязать шнурки казенных ботинок
Эдик чужую макушку короткое время поразглядывал
с бесполезным усердием распознать своего
и несильно но стукнул
мама отлично сбросила брата Эдю с расшатанной табуретки
будто только ждала момента
я поняла в тот день что мама любит меня и заступится если важное что
и милиция защитит в случае чего
жить сделалось надежно и удобно

.не все мои дяди были знакомы друг с другом
и тем более между собою друзья
но мамину маму — бабушку Францевну
знали и повидали каждый со своей стороны
в прохладном домике над летним ручейком и луговыми колокольчиками
по дороге до речки Вилии

бабушку Францевну зимнюю
посещали и вовсе немногие
разве что в Рождество набивались ужинать до небес
молитвы вознося под маятник Густава Беккера
это были часы и аптечка
там хранились бабушкины квитанции за свет.


К ИЗБРАННОМУ

Поэт (а не человек, хотя и человек тоже) всю свою жизнь работает на Избранное.

Д. Воденников

Таня Скарынкина – автор двух книг, вышедших одна за другой в Минске и Нью-Йорке. В рецензии на первую «Книгу для чтения вне помещений и в помещениях» (Неман, 2013, № 10) я допустила досадную ошибку: написала, что Таня живет в Испании. Оправданием мне могло служить лишь то, что я находилась под обаянием завершающего стихотворения книги «Про себя»:

…затем незаметно проводишь
тугим языком вдоль десен
пожар под нёбом слюнявишь
кряхтишь и поешь про себя

Гренада
Гренада
Гренада
Гренада
моя.

И всё, что я написала тогда о книге, вдохновлялось этими завершающими строками и – попутно – песенным шедевром Михаила Светлова. Разухабистый хоровой первоисточник – и Танино «кряхтишь про себя» не давали мне покоя до тех пор, пока я не «поселила» Скарынкину в Испании.

Выход второй книги «Португальских трехстиший» давал мне прекрасный повод «вернуть» автора на свое место жительства, и хотелось, и хочется написать о второй книге, но никак не удается.

Сейчас Таня вернулась в Беларусь и предложила для Текстуры подборку новых стихов, не вошедших в книги. Прочитав их, я сразу увидела и третью книгу, и книгу с забывающимся сейчас названием «Избранное», по направлению к которой поэт, по-моему, движется неуклонно.

В новых стихах заметно изменение манеры и верность стилю. Сочетание новизны и устойчивости отличает то, что принято называть периодом творческой зрелости. Усложнились и участились созвучия, метро-ритмический рисунок стиха, образность стала более концентрированной, изысканной, и в сочетании с простыми житейскими историями, рассказанными в стихах, это создает особый, ярко-индивидуальный поэтический язык.

Мир Таниных стихов расширился: из Беларуси детства, вспоминаемой в первой книги, и Португалии, сжатой в трехстишия книги второй, в новых стихах, в неотменяемом присутствии и первой, и второй вполне себе свободно

Жестикулирует моряк
атласным рукавом
над ним воздвиглась немота
растянутого порта
вспорхнул и нет его уже
дробились дали в чертеже
когда усатый капитан
вниз бородой раздвинул соль
под скатертью широт

«Причитание морского капитана», «лапки шмелей вперемешку с ресницами», чистые руки, не запятнанные любовью, не знавшие объятий, или руки, вымытые «после птенца или перед птенцом», – в стихах Тани Скарынкиной все складывается в воображаемый увесистый том «Избранного»: избранного автором из необъятного разнообразия мира и сложенного в разнообразные до невероятности стихи, которые всегда новы и интересны, даже когда прочитываются многократно. Всякий раз в них что-то убегает даже от самого пристального взгляда, и мне кажется, это опережение стиха – важнейшее свойство поэзии, говорящей с читателем.

Ульяна Верина

ТАКЖЕ РЕКОМЕНДУЕМ:

Юлия Подлубнова – «Пустое небо с самолетами» (стихи, послесловие Ульяны Вериной)

Евгения Изварина – «Домашнее никогда» (стихи, послесловие Сергея Ивкина)

Юлия Али  «Черным по небесам» (стихи)

Tags:

Еще нет комментариев.

Оставить ответ